etology

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » etology » Кулуары » Такие странные гении


Такие странные гении

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

Хочу поднять тему о гениях и их открытиях

0

2

«Этот докучливый умник Ампер»

Известие о его смерти не было воспринято современниками слишком драматически...

А сейчас есть город Ампер, железнодорожная станция Ампер, научно-исследовательский центр имени Ампера, музей Ампера, «Общество друзей Ампера». Наконец, в международной системе единиц среди четырех главных – метра, килограмма, секунды, ампера – лишь одна единица названа в честь ученого - Ампер.

Только специалисты знают сейчас имя его сына литератора Жан-Жака Ампера, а когда-то отец был совсем мало известен, зато имя сына знал чуть не каждый. Долгое время никто не взялся бы оспаривать слова знаменитого некогда Шатобриана, покровителя Жан-Жака: «Поэт с несколькими стихами уже не умирает для потомства... Ученый же, едва известный в продолжение жизни, уже совершенно забыт на другой день смерти своей... »

Ампер был человек из плоти и крови, он «скорее был уродлив, чем некрасив, одевался плохо и был явно неряшлив, всегда ходил «на всякий случай» с большим зонтом, был неуклюж и неловок». Ампер славился своей рассеянностью. Про него рассказывали, что однажды он с сосредоточенным видом варил в воде три минуты свои часы, держа яйцо в другой руке. Еще один часто приводимый случай: Ампер шел по улице, производя, как всегда, в уме сложные расчеты. Он ничуть не удивился, когда прямо перед ним возникла прекрасная черная доска, спокойно достал из сюртука непременный кусок мела и стал записывать результаты; он не удивился и тогда, когда доска начала двигаться вперед, и для того, чтобы поспешить за ней, ему пришлось идти, а затем бежать. Доска оказалась задней стенкой кареты.
Отец его, мировой судья в Лионе, во время революции 1789-1793 годов был казнен на гильотине. Но Ампер получил волей несчастного отца хорошее образование, хотя не посетил ни одного класса школы. Он увлекался математикой, в 13 лет он даже представил в Лионскую академию наук свое решение задачи о квадратуре круга, задачи, как известно, принципиально неразрешимой.
Его семейная жизнь сложилась из рук вон плохо – после казни отца она представляла собой цепь неудач. Первая жена его скоро умерла, оставив трехлетнего Жан-Жака на руках Ампера и его сестры, вынужденной отказаться из-за этого от своей личной жизни; второй брак дал основание глубоко интеллигентному отпрыску королевской семьи, знаменитому физику Луи де Бройлю, обычно крайне сдержанному в выражениях, сказать: «Вторая его жена оказалась мегерой, а ее родители не лучше».
Когда подрос сын, поводов для переживаний прибыло. Как-то Ампер представил своего двадцатилетнего сына знаменитой мадам Рекамье, сорокатрехлетней жене банкира, в салоне которой можно было встретить лучших художников и скульпторов того времени, членов семьи Наполеона, министров, ученых, общественных деятелей. Жан-Жак в течение следующих 30 с лишним лет испытывал к ней страстное и нежное чувство, не ослабевавшее до самой смерти мадам Рекамье, оставившей Жан-Жаку наследство.
Старый Ампер не одобрял увлечения сына, считая, что оно мешает его научной и литературной работе, и мечтал женить Жан-Жака на дочери своего приятеля, знаменитого французского биолога Кювье – Клементине. На этой почве у отца с сыном возникло отчуждение, вызвавшее у Ампера новые страдания.

Открытия Ампера базируются на открытии Эрстеда. Некоторые исследователи придерживаются мнения о том, что вся электродинамика Ампера была разработана в течение двух недель, непосредственно следовавших за демонстрацией в Париже опытов Эрстеда. Однако вряд ли это так.

Вопросы связи электричества и магнетизма занимали Ампера еще за 20 лет до того дня, когда его посетило озарение, И все эти 20 лет его идея находилась с ним, он думал о ней, может быть, не непрерывно, но достаточно настойчиво.
Откуда это известно? Из раздобытых исследователями творчества Ампера документов следует, что однажды, а именно 24 декабря 1801 года, Ампер присутствовал на докладе Вольта в Лионской академии, и не только присутствовал, но и отважился (после невероятно знаменитого тогда Вольта!) в свои 26 лет прочесть собственный мемуар – наброски системы, которая должна была бы объединить самые разрозненные отрасли физической науки в одно стройное знание. В нем электричество и магнетизм сводились к одним и тем же неправильным механическим представлениям. Бесстрастный язык академического протокола фиксирует, что Ампер после Вольта выглядел не очень-то блестяще; кроме того, шепелявость и глухой голос Ампера не способствовали эффекту его выступления.
Таким образом, Ампер интуитивно видел какие-то общие корни, связывающие или, точнее, питающие и электричество и магнетизм.
К такому же выводу можно прийти, просмотрев черновик речи (к ней он долго готовился), которой Ампер начал чтение в Лионе курса физики: «Нам, пожинающим плоды трудов гениев, не разделяя их славы, следует, я полагаю, особенно стараться свести к минимуму число принципов, объясняющих все физические явления».

Мы теперь знаем, что Амперу удалось «разделить славу гениев».

Считается, что открытие Эрстеда произошло случайно.

15 февраля 1820 года Эрстед, уже заслуженный профессор, читал своим студентам лекцию по физике. На лабораторном столе находились вольтов столб, провод, замыкающий его, зажимы и компас. В то время, когда Эрстед замыкал цепь, стрелка компаса вздрагивала и поворачивалась по направлению к проводу. Это было первое непосредственное подтверждение связи электричества и магнетизма. Это было то, что так долго искали все европейские и американские физики. Решение проблемы было потрясающе просто.

Но почему же возникают сомнения, почему вокруг обстоятельств этого события впоследствии разгорелось так много жарких споров? Дело в том, что студенты, присутствовавшие на лекции, рассказывали потом совсем другое. По их словам, Эрстед хотел продемонстрировать на лекции всего лишь интересное свойство электричества нагревать проволоку, а компас оказался на столе совершенно случайно. Именно случайностью объяснили они то, что компас лежал рядом с этой проволокой, и совсем случайно, по их мнению, один из зорких студентов обратил внимание на поворачивающуюся стрелку, а удивление профессора, по их словам, было неподдельным.

На заседании Французской Академии наук 4 сентября 1820 года Араго делает устное сообщение об опытах Эрстеда. Записи, сделанные в академическом журнале ленивой рукой протоколиста, свидетельствуют, что академики просили Араго уже на следующем заседании, 11 сентября, то есть через неделю, показать всем присутствующим опыты Эрстеда, так сказать, «в натуральную величину».

Нетерпеливо ждет Ампер следующего понедельника, 11 сентября, когда Французская академия наук снова соберется на свое очередное заседание. Вот быстрый черноглазый испанец Араго собирает на демонстрационном столе несложную установку – вольтов столб, накоротко замкнутый медным проводником. Рядом – компас и чашка с железными опилками. Вот компас помещается рядом с проводником – стрелка компаса тут же поворачивается так, чтобы стать перпендикулярно к нему. Это – знаменитый опыт Эрстеда. Электричество и магнетизм явно взаимодействуют друг с другом – факт, абсолютно неожиданный для ученых, полагавших, что два этих явления ничего общего друг с другом не имеют.

И с этого дня отсчитываются две недели великой работы Ампера...

Заседание заканчивается, протоколист выводит под датой «11 сентября»: «... г. Араго повторил перед академией опыты г. Эрстеда». Спокойные, нимало не взволнованные академики чинно разошлись по домам. Лишь уже немолодой – 45 лет, по тем временам старик! – Ампер бежит сломя голову к слесарю, чтобы заказать копию инструментов, показанных только что Араго. Нужно скорее установить инструменты дома, в маленькой квартирке на улице Фоссе-де-Сен-Виктор, и все эксперименты проделать собственными неумелыми руками. Ведь Ампер – теоретик, он никогда не ставил сложных опытов, у него не было лаборатории, он не мог израсходовать ни одного казенного франка на покупку приборов. Пока слесарь делает не слишком-то сложные приборы, Ампер сооружает немудрящий лабораторный стол. Два его друга – добровольные помощники Френель и Депрец участвуют в первых экспериментах. Небольшой столб, замкнутый проводом, – основной объект изучения Ампера.
Он подносит компас то к проводу, то к столбу и сразу же убеждается, что стрелка изменяет свое направление и рядом с проводом, и рядом с самим столбом. Стоит цепь разомкнуть – и эффект полностью пропадает. Но стоит зарядам прийти в движение, когда цепь замкнута, и электричество в движении, гальваническое, производит магнитные действия. Сила, зависящая от движения, – такого еще не было!

Сразу же возникла идея измерить какой-то мерой интенсивность такого движения. И Ампер первым в мире произнес тогда слова «сила тока». Не удивительно, что через много лет «ампером» была названа единица именно силы тока.

К следующему заседанию академии 18 сентября часть приборов еще не была готова, но Ампер решил выступить и рассказать о том, что стало ему ясным, а также о тех приборах, которые он намеревался построить. В протоколе сохранились слова Ампера: «Я описал приборы, которые я намереваюсь построить, и среди прочих гальванические спирали и завитки. Я высказал ту мысль, что эти последние должны производить во всех случаях такой же эффект, как магниты... я свел все магнитные явления к чисто электрическим эффектам».

Поражает уверенный тон Ампера.
Однако слабые вольтовы столбы, имевшиеся в распоряжении Ампера, Френеля и Депреца, не давали желаемого эффекта. Заявления, сделанные Ампером, грозили остаться неподтвержденными или даже оказаться неверными. Уже завтра нужно было Амперу выступать с докладом, подтверждающим его теории, а результатов, которые нужны были Амперу, все не было. Окончательный опыт – взаимодействие двух токов как магнитов, убедительно говоривший бы о том, что притяжение и отталкивание объясняются только электрическими токами, а магнитные свойства являются лишь следствием протекающих токов, – не удавался.

Итак, было воскресенье 24 сентября. А в 4 часа следующего дня Ампер должен был подняться на трибуну. Завтрашний день представлялся совсем не в розовом свете, однако надежда все же оставалась – Ампер вспомнил, что для университета только что был изготовлен новый большой вольтов столб. Столб оказался на месте, но начальство, поднятое на ноги в воскресный день по такому поводу, давать столб не желало, видимо боясь, что вещь будет испорчена в процессе сомнительных экспериментов. Пришлось идти за мастерами, делавшими столб, и при университетском начальстве заказать еще один такой же, с тем чтобы он мог быть возвращен университету по изготовлении. Только на таких началах Амперу удалось взять так необходимый ему столб.

Новый столб был превосходен. Ток, струившийся по ожившим спиралькам, завиткам, легко превращал их в магниты, они притягивались одними концами, отталкивались другими – словом, вели себя неотличимо от кусков магнитного железняка или намагниченного железа – единственных магнитов, известных в то время.
Больше того – и два проводника, по которым тек электрический ток, притягивались и отталкивались, как магниты.

Когда в 4 часа дня в понедельник Ампер поднимался на кафедру академии, он уже мог доказать всем, что его взгляды, высказанные неделю назад, были правильны. Протоколист пишет, передавая слова Ампера: «Я... известил о новом факте притяжения и отталкивания двух электрических токов без участия какого-либо магнита, а также о факте, который я наблюдал со спиралеобразными проводниками. Я повторил опыты во время этого заседания».

Гений и удача.

---------------------------------------------------------------------------------
Текст взят из книги "Приключения великих уравнений", автор Владимир КАРЦЕВ
Сильно сокращен, и слегка переделан мной для удобства изложения.

Отредактировано VPolevoj (28-04-2010 15:38:04)

0

3

"Пускай за гениями безупречно-безутешною..."
Как-то разъяснялся малый пробег танка и периода его эксплоатации вообще. Машинка, ежели пашет, то исключительно на пределе. "Бой есть бой". Гений потому в оные и выбивается, что решает чуть более сложные задачи, чем оптимизация маршрута в булочную. Само собой, мощностей на всё, а тем более - на бытовуху, у него просто хватать не может.
  Лётчик-ас, ещё немного, и - эпилептик. Уровень возбудимости ЦНС предпредельный, позволяющий оценивать пространственную динамику и прогнозировать в предельно сжатые сроки. Всё на грани тонических тотальных судорожных реакций. Выдающиеся математики, как правило, шизоиды, а то и шизофреники. Запредельность абстрактного мышления.
   "Если актёру надо сходить в баню, пусть он сходит в баню". (То ли Станиславский, то ли Немирович). Менделеев чемоданы клеил на профессиональном уровне. Мартену "железные короли", где-то век назад, надумали поставить памятник. Создали рабочую группу, призванную утрясти все вопросы, в т. ч. и биографические. Старикашка оказался жив, больной, дистрофичный, в каком-то сарае... Жутчайшая нищета. А поскольку вовремя околеть не сообразил, то ещё и остался без памятника. До патента в своё время руки не дошли.
  И т.д., и т.п., и прочее. Ровзинга добивали архангелогородцы.

0

4

Гений с одной половиной мозга

Луи Пастер

Луи́ Пасте́р (правильно Пастёр, фр. Louis Pasteur) родился 27 декабря 1822 года в местечке Вильнёв-Л’Этан близ Парижа.

Пастер всю жизнь занимался биологией и лечил людей, не получив ни медицинского, ни биологического образования, и он, показав микробиологическую сущность процесса брожения и многих болезней человека, стал одним из основоположников микробиологии и иммунологии. Также Пастер поставил точку в многовековом споре о самозарождении жизни, опытным путем доказав невозможность этого.

В 1868 году (в возрасте 46 лет) у Пастера произошло кровоизлияние в мозг. Он остался инвалидом: левая рука бездействовала, левая нога волочилась по земле. Он едва не погиб, но в конце концов поправился. Более того, он совершил после этого самые великие открытия: создал вакцину против сибирской язвы и прививки против бешенства. Когда гениальный ученый умер, оказалось, что одна половина мозга была у него разрушена.

Пройдусь по его открытиям.

Стереохимия

Первую свою научную работу Пастер выполнил в 1848 году. Изучая физические свойства винной кислоты, он обнаружил, что кислота, полученная при брожении, обладает оптической активностью — способностью вращать плоскость поляризации света, в то время как химически синтезированная изомерная ей виноградная кислота этим свойством не обладает. Изучая кристаллы под микроскопом, он выделил два их типа, являющихся как бы зеркальным отражением друг друга. Образец, состоящий из кристаллов одного типа, поворачивал плоскость поляризации по часовой стрелке, а другого — против. Смесь двух типов 1:1, естественно, не обладала оптической активностью.
Пастер пришёл к заключению, что кристаллы состоят из молекул различной структуры. Химические реакции создают оба их типа с одинаковой вероятностью, однако живые организмы используют лишь один из них. Таким образом впервые была показана хиральность молекул. Как мы теперь знаем, аминокислоты входящие в состав живых организмов также хиральны, причем у них присутствуют лишь их L формы. Пастер был первым, кто открыл это явление.

Брожение

Изучением брожения Пастер занялся в 1857 году. В то время господствовала теория что этот процесс имеет химическую природу (Ю. Либих), хотя уже публиковались работы о его биологическом характере (Ш. Каньяр де Латур, 1837), но они не имели признания. К 1861 году Пастер убедительно доказал, что образование спирта, глицерина и янтарной кислоты при брожении может происходить только в присутствии микроорганизмов, часто специфичных.
Луи Пастер показал, что брожение есть процесс, тесно связанный с жизнедеятельностью дрожжевых грибков, которые питаются и размножаются за счет бродящей жидкости. При выяснении этого вопроса Пастеру предстояло опровергнуть господствовавший в то время взгляд Либиха на брожение, как на химический процесс. Особенно убедительны были опыты Пастера, произведенные с жидкостью, содержащей чистый сахар, различные минеральные соли, служившие пищей бродильному грибку, и аммиачную соль, доставлявшую грибку необходимый азот. Грибок развивался, увеличиваясь в весе; аммиачная соль тратилась.

В это же время Луи Пастер сделал еще одно важное открытие. Он нашел, что существуют организмы, которые могут жить без кислорода. Для них кислород не только не нужен, но и вреден. Такие организмы называются анаэробными. Представители их — микробы, вызывающие маслянокислое брожение. Размножение таких микробов вызывает прогорклость вина и пива. Брожение, таким образом, оказалось анаэробным процессом, жизнью без дыхания, потому что на него отрицательно воздействовал кислород (эффект Пастера).

Невозможность самозарождения жизни

В 1860—1862 годах Пастер изучал возможность самозарождения жизни. Он провёл элегантный опыт, взяв термически стерилизованную питательную среду и поместив её в открытый сосуд с загнутым вниз длинным горлышком, по которому мог свободно проходить воздух. Сколько бы сосуд ни стоял на воздухе никаких признаков жизни в нём не наблюдалось, поскольку содержащиеся в воздухе бактерии оседали на изгибах горлышка. Но стоило отломить его, как вскоре на среде вырастали колонии микроорганизмов. И в 1862 году Парижская Академия присудила Пастеру премию за разрешение вопроса о самозарождении жизни.

Стерилизация

Пастер нашел методы более верной стерилизации, показав, что иногда недостаточно нагревать вещество до 100°С, чтобы убить в нем всех зародышей, но что иногда приходится нагревать до 105°С, 110°С и даже выше. Во всех современных стерилизаторах используется полученный Пастером опыт.

Микробиология

Пуше (современник Пастера) говорил, что в каждом пузырьке воздуха должно бы быть такое количество зародышей, что "он оказался бы плотнее железа". Пастер опытным путем вполне отчетливо ответил на поставленный Пуше вопрос о распределении зародышей в атмосфере. Он брал 20—40 запаянных баллонов с прокипяченной стерилизованной жидкостью, переносил их в местность, где хотел определить насколько воздух богат зародышами, и вскрывал их там. Наружный воздух входил при этом в баллоны. Затем Пастер быстро запаивал баллоны. По числу баллонов, в которых с течением времени жидкость мутилась, можно было судить о содержании зародышей в исследуемом воздухе. Подобные опыты были произведены Пастером в различных местностях и подтвердили предположения, которые можно было сделать априорно. Оказалось, что воздух сырых и низких мест богат микроорганизмами, напротив воздух горных стран, особенно ледников, где очень слаба органическая жизнь, содержит наименьшее их количество. Пастер предложил повторить эти опыты перед комиссией, прося и Пуше со своей стороны сделать то же самое. Пуше и его сторонники отказались, а опыты Пастера, проделанные перед комиссией, все удались.
Работы Пастера имели громадное значение для развития и применения антисептических методов в хирургии. Английский хирург Листер, который очень много сделал в деле развития антисептики, писал Пастеру, что в выработке антисептических методов он руководился его работами.

Поиск причины различных болезней

В 1864 году к Пастеру обращаются французские виноделы с просьбой помочь им в разработке средств и методов борьбы с болезнями вина. В результате своих исследований Пастер показал, что болезни вина вызываются различными микроорганизмами, причем каждая болезнь имеет особого возбудителя. Для уничтожения вредных «организованных ферментов» он предложил прогревать вино при температуре 50—60 градусов. Этим методом уничтожения вредных микроорганизмов мы пользуемся до сих пор, и называется он - Пастеризация.

В 1865 году Пастер был приглашен своим бывшим учителем найти причину болезни шелковичных червей, которая в течение многих лет с 1849 г. составляла огромное бедствие юга Франции. В период 1865—1869 гг. Пастер уезжал каждое лето в Але и работал здесь над этим вопросом в маленьком домике, где у него была устроена червоводня. В работе ему помогали жена, дочь и ученики.
Он доказал, что найденные в больных бабочках прежними исследователями "тельца" представляют истинную причину известной болезни червя, пебрины, что эта болезнь заразна и наследственна. Он нашел далее, что кроме пебрины шелковичный червь поражается еще другой болезнью, летаргией, которая также вызывается развитием в нем особой бактерии (летаргийной или флашери). Пастер высказал убеждение, что с болезнью летаргии можно бороться гигиеническим уходом за червями, а с пебриной — отбором здоровой, хорошей грены. По предложению Наполеона, Пастер применил способ своей культуры в императорском имении около Триеста. Результаты прекрасно оправдали взгляды Пастера.

Работы Пастера обнаружили ошибочность распространенного в медицине того времени взгляда, по которому любые болезни возникают либо внутри организма, либо под влиянием испорченного воздуха ("миазмы"). Пастер показал, что болезни, которые называют заразными, могут возникать только в результате заражения, т.е. проникновения в организм из внешней среды микробов.

Открытие спиртового брожения в отсутствии кислорода

В 1871 г. Пастер в лаборатории своего ученика Дюкло, в Клермон-Ферране, предпринял исследование, касающееся пива. Ему удалось разъяснить очень интересное явление, которое было наблюдаемо Байлем в 1857 г. Плесневый гриб Mucor mucedo, развивающийся обыкновенно в форме мицелия, будучи погружен в сахарный раствор без доступа кислорода, вызывает спиртовое брожение — на дне сосуда в жидкости вместо нитей мицелия оказываются круглые или овальные почкующиеся клетки, которые Байль принял за дрожжи. На это явление он смотрел как на превращение мукора в дрожжи. Пастеру удалось показать, что мукор, вызывая в отсутствии кислорода воздуха спиртовое брожение сахаристой жидкости, остается мукором, но принимает новую форму, напоминающую дрожжевые клетки. Эта форма есть только приспособление грибка к особенным условиям жизни. Этот факт дал возможность Пастеру сделать широкое обобщение относительно брожения: брожение есть жизнь в отсутствии воздуха.
Одновременно, с этим Пастер показал, что и дрожжи изменяют свою ферментационную функцию, в зависимости от того, развиваются ли они в присутствии или отсутствии воздуха и что для дрожжей также эта функция связана с анаэробной жизнью. При таком взгляде на брожение "каждая живая клетка, нуждающаяся в кислороде и не находящая этого газа в свободном состоянии, но способная заимствовать его от веществ, содержащих кислород в своем составе, явится для этих веществ ферментом".

Изучение инфекционных заболеваний

Основная мысль, которую Пастер вполне установил в учении о заразных болезнях, такова: при нормальных условиях живое существо развивается, не содержа каких-либо паразитов в своих тканях и соках. Но при известных условиях эти ткани и соки могут становиться культурой для паразитного микроба, который развивается в них и делает их центром заразы. Пастер указал, как возможно культивировать и видоизменять этот живой яд вне организма, поражаемого им. С тех пор учение о микробах, как о причинах болезней, легло в основание медицины и гигиены и привело к правильной постановке как профилактики заразных болезней, так и лечения их.

В 1880 году Пастер нашел способ предохранения от заразных заболеваний введением ослабленных возбудителей, который оказался применимым ко многим инфекционным болезням — это применяемые и поныне ПРИВИВКИ.

Но, прежде чем метод прививок получил полное признание, Пастеру пришлось выдержать нелегкую борьбу. Чтобы доказать правильность своего открытия, в 1881 году Пастер произвел массовый публичный опыт. Он ввел нескольким десяткам овец и коров микробы сибирской язвы. Половине подопытных животных Пастер предварительно ввел свою вакцину. На второй день все невакцинированные животные погибли от сибирской язвы, а все вакцинированные не заболели и остались живы. Этот опыт, протекавший на глазах у многочисленных свидетелей, был триумфом ученого.

Иммунология

После 1876 года Пастер полностью посвятил себя иммунологии, установив специфичность возбудителей сибирской язвы, родильной горячки, холеры, бешенства, куриной холеры и многих других болезней, развил представления об искусственном иммунитете, предложил метод предохранительных прививок, в частности от сибирской язвы (1881), бешенства (совместно с Эмилем Ру 1885) и других.

В 1879 г. Пастер начал опыты над куриной холерой, эпидемической болезнью, поражающей кур и др. домашних птиц. Причиной ее является бактерия, которую можно культивировать в искусственном курином бульоне. Пастер доказал ее заразительность и выделение ею токсина. Опыты, начатые над куриной холерой, были прерваны на время каникул. За этот период все культуры, оставленные в лаборатории, потеряли свою силу: привитые курам, они их не убивали. Пастеру пришла мысль привить новую и молодую культуру курам, перенесшим старую. Оказалось, что все куры выжили, тогда как куры, подвергнутые только прививке молодой культуры, погибли. Таким образом впервые была получена вакцина куриной холеры. Оказалось далее, что раз полученная вакцина может быть воспроизведена любое число раз со всеми свойствами, сохраняя степень своей ослабленности. Оставляя открытой культуру на различное время, можно иметь вакцину различно ослабленную.

Овладев вполне в этом отношении куриной холерой, Пастер решил применить те же методы к сибирской язве. Но попытка ослабить яд сибирской язвы в искусственной культуре натолкнулась на препятствие: бактерия сибирской язвы дает при стоянии на воздухе споры, в форме которых она может выживать сколько угодно, сохраняя свою полную заразность.
Однако, ему удалось найти условия при которых она развивается — именно, в курином бульоне при 42°—43°С. В таких условиях бактерия через месяц погибает; через 8 дней получается культура безвредная даже для мелких животных, особенно чувствительных к этому яду, как то морской свинки, кролика и барана. В продолжение же недели можно иметь яд, в различной степени ослабленный. В каждой стадии его можно поддерживать культурой и таким образом иметь в своем распоряжении вакцину различной силы для прививки баранам, коровам, лошадям. С первого взгляда очевидно то громадное практическое значение, которое имеет это открытие Пастера. После лабораторных проб был произведен классический опыт прививки в широких размерах.

Выяснив вопрос о прививке сибирской язвы, Пастер обратил свое внимание на другую заразную болезнь — бешенство, против которой не было никаких средств борьбы. Эта болезнь представляла для изучения еще больше неблагоприятных условий, чем сибирская язва: главные те, что она имеет очень продолжительный период инкубации и что микроб ее неизвестен. Инкубационный период удалось сократить для собак до 14 дней, прививая яд в мозг собаки трепанацией ее черепа (Ру). Прививка тем же способом яда кролику дала возможность сократить инкубационный период до 6 дней. Оказалось, что если спинной мозг животного (кролика), умершего от бешенства, оставить на воздухе, то по мере высыхания ткани яд теряет свою заразительность, и мы таким образом можем иметь яд, ослабленный в различной степени. Нервная ткань является для яда бешенства такой же культурной средой, как куриный бульон для сибирской язвы. Оставленный на 14 дней, яд теряет вполне свою силу, В период двух недель можно иметь яд, ослабленный в различной мере. При помощи ослабленного яда можно сообщать животным иммунитет различной степени. Опыты, проделанные над животными, дали блестящие результаты.

Пастер разработал способ прививок против бешенства, употребляя для этого особым образом высушенный мозг зараженных бешенством кроликов.

В то же время, Пастер видел возможность воспользоваться прививкой не только в целях предохранительных, но и для излечения от бешенства. У человека инкубационный период при заражении бешенством длится месяц, два. Этим периодом и можно воспользоваться, чтобы сделать организм иммунным к вирусу.

Первая прививка против бешенства была сделана Луи Пастером 6 июля 1885 года 9-летнему Йозефу Майстеру, которого укусила бешеная собака, по просьбе его матери. Лечение закончилось успешно, мальчик поправился.

Отредактировано VPolevoj (09-06-2011 10:54:30)

0


Вы здесь » etology » Кулуары » Такие странные гении


бесплатные форумы